Судебная практика нарушение прав и законных интересов граждан

К вопросу о защите прав гражданина-должника в исполнительном производстве.

доцент кафедры юриспруденции НОУ ВПО «КАПА», адвокат, кандидат юридических наук

Исполнительное право не предполагает равенства сторон в процессе исполнительного производства, и принцип защиты гражданских прав должника распро­страняется только на неимущественные отношения, связанные с уважением чести и достоинства. Что же касается имущественных прав, то их охрана ограни­чивается минимальными пределами, необходимыми для существования должника-гражданина и членов его семьи. Таким образом, если взыскатель наделен приоритетом защиты своих имущественных прав по отношению к должнику, то последний, в силу самого предназначения исполнительного производства, в них ограничен до минимума, необходимого для выживания.

Данное положение законодательства об исполни­тельном производстве поддержал и Конституционный Суд Российской Федерации в своем Постановлении от 12 июля 2007 г. № 10-П, объясняя свою правовую позицию тем, что федеральный законодатель в рамках своей конституционной дискреции, применяя правовой механизм принудительного взыскания, в том числе и ограничивающий права должника, должен в первую очередь заботиться об обязательности действия прин­ципа исполняемости судебных решений.

Все это бесспорно и в идеале отвечает назначению исполнительного производства, однако в реальной жизни встречаются ситуации, когда недобросовестные взыскатели, злоупотребляя превенцией своих прав, причиняют серьезный имущественный вред должнику, оказавшемуся с точки зрения права абсолютно не­защищенным. Практика показывает, что для многих граждан-должников возбуждение в отношении них исполнительного производства является неожиданным событием, причем об этом факте они узнают не сразу, а по прошествии длительного периода времени. До­вольно часто такое происходит, когда граждане не про­живают по адресу регистрации, а фактическое место их жительства взыскателем умышленно или без умысла не сообщается, причем ни суду, выносящему постанов­ление в отношении гражданина-должника, который на момент судопроизводства является ответчиком по гражданскому делу, ни службе судебных приставов при подаче заявления. При этом как в суд, так и в службу судебных приставов поступает уведомление о вруче­нии повестки указанному данными органами лицу. На самом деле повестки получает истец, в дальнейшем взыскатель, фактически проживающий по адресу реги­страции должника.

Здесь следует напомнить, что согласно ч. 2 ст. 27 Федерального закона «Об исполнительном произ­водстве» (далее — Закон об исполнительном произ­водстве), должник считается извещенным, если в его от­сутствие повестку вручают кому-либо из проживающих совместно с ним совершеннолетних членов семьи с их согласия.

Как правило, такими «приемами» пользуются разведенные супруги, когда один из них, как правило бывший муж, уходит жить в другую семью, оставаясь за­регистрированным по старому месту проживания.

В практике нередки случаи, когда бывшие мужья регулярно, не подтверждая документально, передава­ли деньги на содержание детей и при этом не знали, что бывшие жены уже несколько месяцев назад получили судебные приказы о взыскании алиментов и в исполни­тельном производстве их долг ежемесячно растет и «об­растает» процентами. Когда же они узнавали об этом и обращались к судебному приставу-исполнителю, то по­следний в силу закона должен был действовать, как мы уже говорили, с учетом примата прав взыскателя.

Например, один из таких должников узнал только через полгода об исполнительном производстве в от­ношении себя и о значительной задолженности, когда арестовали его автомобиль. На вопрос, заданный приставу, почему тот не позвонил ему ни разу, если его мобильный телефон известен, последний ответил, что он не обязан никому звонить, т.к. существуют другие способы уведомления должников. Настораживает то, что формально судебный пристав-исполнитель прав. В таком случае, какого-либо действенного механизма защиты гражданина-должника в таких ситуациях не су­ществует, т.к. обжалование в суде действий судебного пристава-исполнителя требует достаточных к этому оснований, которые необходимо доказать.

Исходя из этого возникает вопрос: так ли уж без­упречен постулат о том, что безусловность судебного решения означает, что исполнение судебного акта (без грубых нарушений прав лиц, в отношении которых он был вынесен) не может быть поставлено в зависимость от наступления какого-либо условия.

Возможно, что одним из главных условий исполне­ния (да и, собственно, принятия тоже) судебного акта, является доказанное надлежащее уведомление о нем должника.

Конституция РФ в ч. 2 ст. 24 обязывает органы государственной власти, а также их должностных лиц обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы. Исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 12 мая 2003 г. № 173-0, в силу не­посредственного действия данной конституционной нормы любая затрагивающая права гражданина информация должна быть ему доступна. Доступность информации о возбужденном в отношении него испол­нительном производстве всецело зависит от судебного пристава-исполнителя.

Федеральный законодатель согласно ч. 1 ст. 24 Закона об исполнительном производстве наделил пристава-исполнителя множественностью способов извещения должника, к которым относятся: повестка с уведомлением о вручении; телефонограмма; телеграм­ма; электронная почта или иной вид связи; доставка ли­цом, которому поручается доставить уведомительный документ. Закон об исполнительном производстве не уточняет, каким именно способом пристав-исполнитель должен воспользоваться, поэтому достаточность про­цесса уведомления гражданина-должника всецело зависит от профессиональных, а иногда и личностных качеств пристава.

Такое положение говорит о довольно значитель­ном законодательном пробеле, влекущем за собой нарушение прав и законных интересов граждан, по разным причинам ставших должниками. Это с одной стороны. С другой, такая дискреция пристава-исполнителя дает неограниченные возможности взыскателю и иным заинтересованным в этом лицам злоупотреблять правом.

Представляется, что использование судебным приставом-исполнителем различных способов извеще­ния гражданина-должника должно быть обязательным, во всяком случае, он должен воспользоваться всеми инструментами уведомления, предоставленными ему законодателем, последовательно применяя их до тех пор, пока лично, а не опосредованно, не будет убеж­ден, что его оппонент извещен надлежащим образом. Во всяком случае, единообразный и формальный под­ход в этом вопросе не способствует решению задач, которые стоят перед исполнительным производством.

Вполне понятно, что в некоторых случаях для этого может понадобиться больше времени, чем то, которое установил законодатель и выработала исполнительная практика, однако у судебного пристава-исполнителя есть возможность воспользоваться своим правом от­ложить исполнительные действия и применение мер принудительного исполнения на срок до десяти дней (ч. 1 ст. 38 Закона об исполнительном производстве).

Этого времени приставу-исполнителю вполне доста­точно, чтобы достоверно убедиться в действительно надлежащем, фактическом, а не просто формаль­ном, доведении всей необходимой информации до гражданина-должника.

Подводя итог, можно констатировать, что дей­ствующие в настоящее время механизмы реализации прав участников исполнительного производства в полной мере не защищают гражданина-должника и это негативно сказывается на его имущественных правах. Представляется необходимым расширить права последнего на фактическое получение исчер­пывающей информации по исполнительному произ­водству. Соответственно, для реализации данного положения следует ужесточить требования к судеб­ному приставу-исполнителю в этой сфере.

Обзор судебной практики. Топ антимонопольных споров. Выпуск № 8/2021.

Если гражданин не предприниматель, нарушение его прав нельзя квалифицировать как злоупотребление доминирующим положением

Участники дела

Резюме эксперта

Обстоятельства дела

Гражданка пожаловалась в УФАС на нарушение ее прав: представитель ЕЭСК составил акт неучтенного потребления электроэнергии в ее отсутствие. При этом заявительница сдавала нежилое помещение предпринимателю по договору аренды.

УФАС признало сетевую организацию нарушившей ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции и выдало предписание.
Компания обратилась в суд. Три инстанции сочли решение УФАС законным, поскольку:

• ЕЭСК – субъект естественной монополии, занимающий доминирующее положение;
• заявительница обладает признаками хозсубъекта, т. к. ведет приносящую доход деятельность (сдает в аренду помещение);
• действия ЕЭСК привели (могли привести) к ущемлению интересов как потребителя, так и предпринимателя (арендатора помещений).

Сетевая организация подала кассационную жалобу в ВС РФ.

Решение ВС РФ и его обоснование

ВС РФ отменил судебные акты по делу, посчитав, что антимонопольный орган и суды неправильно толковали нормы права. ВС РФ разъяснил ряд важных моментов.

1. По смыслу ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции запрет на злоупотребление доминирующим положением касается не только действий (бездействия) хозсубъекта, направленных на конкурентов, но и защищает интересы других лиц в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей. К другим лицам Закон относит только хозсубъектов и в том значении, в каком это понятие используется в самом Законе.
2. В рассматриваемой ситуации хозсубъект – не зарегистрированное как ИП физлицо, которое ведет не просто какую-либо приносящую доход деятельность, а именно профессиональную деятельность в соответствии с федеральными законами на основании госрегистрации и (или) лицензии, а также членства в СРО (п. 5 ст. 4 Закона о защите конкуренции). Но гражданка такую деятельность не вела. Она сдавала помещение в аренду ИП, но это не имеет правового значения, поскольку арендатор не был стороной договора энергоснабжения.
3. Ущемление доминантом интересов гражданина, не связанное с предпринимательской деятельностью или не затрагивающее интересы неограниченного круга потребителей, не подлежит квалификации по ч. 1 ст. 10 Закона.

В делах о картелях в качестве доказательств можно использовать результаты ОРМ по прослушиванию телефонов

Участники дела

Резюме эксперта

Обстоятельства дела

УФАС признало компании нарушившими п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции путем заключения и реализации устного антиконкурентного соглашения с целью поддержания цены на электронных аукционах по ремонту автодорог Мурманской области.

Решение антимонопольного органа обжаловали в суде. Две инстанции сочли его незаконным, поскольку единственным прямым доказательством существования картеля послужили справки о результатах оперативно-разыскных мероприятий по прослушиванию телефонов. С точки зрения судов, они не являются допустимыми доказательствами по делу.

УФАС подало кассационную жалобу.

Решение кассации и его обоснование

Кассация мнение судов опровергла, признала необоснованной позицию о недопустимости использования материалов прослушивания телефонов как доказательств картеля и указала следующее:

• прослушивания телефонных переговоров, справки по итогам которых УФАС использовало при доказывании картеля, проведены на основании постановлений районного суда, т. е. с соблюдением требований Закона об оперативно-разыскной деятельности;
• доказательствами по антимонопольному делу могут служить законно полученные доказательства по уголовным делам, переданные антимонопольщикам. Причем такие материалы можно использовать вне зависимости от наличия приговора по уголовному делу (п. 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утв. Президиумом ВС РФ 16.03.2016).

Дело направлено на новое рассмотрение.

Недопустимо реализовывать косметическое средство в упаковке, схожей с упаковкой медизделия, для получения конкурентного преимущества

Участники дела

Резюме эксперта

Кассация подчеркнула, что производство и реализацию косметического продукта в упаковке, сходной с упаковкой медизделия, можно квалифицировать как нарушение запрета на иные формы недобросовестной конкуренции (ст. 14.8 Закона о защите конкуренции).

Косметические и медицинские продукты реализуются на разных товарных рынках, но подобные действия могут ввести потенциального потребителя в заблуждение, сформировать впечатление о тождественности этих товаров и, как следствие, создать преимущество перед другими хозсубъектами.

Обстоятельства дела

АО «Нижфарм» (официальный дистрибьютор в РФ медизделий под товарным знаком «Аквалор») пожаловалось в ФАС России на действия «Мирролла Лаб» – производителя косметических средств под торговым наименованием «Аквасол».
«Аквалор» и «Аквасол» – средства для гигиены и промывания носа на основе морской воды, которые продаются в аптеках.

«Нижфарм» представило в ведомство экспертные заключения, согласно которым упаковки продуктов схожи до степени смешения. Это может привести к тому, что потребители будут смешивать товары и полагать, что они принадлежат одному производителю.

ФАС России установила в действиях «Мирролла Лаб» признаки нарушения ст. 14.8 Закона о защите конкуренции и вынесла предупреждение.

Компания обратилась в суд. Две инстанции подтвердили наличие нарушения: чтобы получить конкурентное преимущество, компания производит косметическое гигиеническое средство в упаковке, сходной с упаковкой медизделия.

«Мирролла Лаб» обжаловала судебные акты.

Решение кассации и его обоснование

Суд округа оставил в силе акты нижестоящих инстанций, согласившись с тем, что:

• медизделия не могут быть взаимозаменяемыми с гигиеническими средствами. Эти продукты реализуются на различных товарных рынках, а продающие их хозсубъекты не могут быть конкурентами;
• однако с помощью сходной упаковки производитель средства гигиены пытается создать впечатление о его тождественности медизделию. Тем самым «Мирролла Лаб» действует не на своем товарном рынке, а на рынке медизделий, перетягивая спрос от медизделий, обладающих определенными свойствами и гарантирующих лечебный эффект, к средствам гигиены, которые отличаются количественным составом, не имеют подтвержденных качественных характеристик и не гарантируют ожидаемый лечебный эффект;
• действия «Мирролла Лаб» направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности по сравнению с другими производителями, не использующими упаковки, сходные с упаковкой медизделия, и способны причинить им убытки.

Незаконно требовать от участника закупки нахождения в Реестре добросовестных фасилити-операторов

Участники дела

Резюме эксперта

Суд указал: недопустимо предъявлять к участникам закупок и составу заявок на участие в торгах по Закону № 223-ФЗ дополнительные требования, не предусмотренные законодательством о закупках. В частности, неправомерно требовать выписку, подтверждающую нахождение в Реестре добросовестных фасилити-операторов «Белый ФМ.РФ» (далее – Реестр).

Присутствие в Реестре не позволяет определить уровень квалификации участников и не влияет на правоспособность оказывать услуги. Более того, Реестр не является государственным, а для включения в него необходимы значительное время и объемный пакет документов.

Обстоятельства дела

«Сбербанк России» – заказчик в рамках Закона № 223-ФЗ – прописал в конкурсной документации дополнительное требование к участникам закупки на оказание клининговых услуг в виде нахождения в Реестре.

Банк объяснил это тем, что по сообщению ФНС России Реестр информирует заказчиков о добросовестности игроков рынка клининга и техэксплуатации как налогоплательщиков. А значит, наличие участника в Реестре позволяет считать его добросовестным налогоплательщиком, а непредставление лицом выписки из Реестра – отклонить его заявку.
ФАС России признала заказчика нарушившим ч. 6 ст. 3, п. 9 ч. 10 ст. 4 Закона № 223-ФЗ и выдала предписание.

Пленум ВС дал разъяснения нормам УК, которые касаются частных нотариусов и охранников

Пленум Верховного суда РФ со второго раза одобрил постановление, которым разъясняется судебная практика по делам о преступлениях против интересов службы в коммерческих и иных организациях. Речь идет в том числе о злоупотреблении полномочиями частными нотариусами и аудиторами и о превышении полномочий частными охранниками и детективами.

Пленум ВС впервые обобщил судебную практику по статьям главы 23 Уголовного кодекса РФ (201, 201.1, 202 и 203). Как отмечали разработчики документа, преступления подобного рода получили в последнее время распространение, поэтому разъяснение сложных вопросов их квалификации становится как никогда ранее востребованным. Вместе с тем суды сталкиваются с проблемами при рассмотрении дел, подпадающих под эти статьи УК, что вызвано сложной структурой состава преступления, конкуренцией уголовно-правовых норм и множественностью и разнородностью общественно опасных последствий.

Структурно 11-страничное постановление состоит из 23 пунктов.

Дается толкование злоупотребления полномочиями (ст. 201 УК РФ) и злоупотребления полномочиями при выполнении гособоронзаказа (ст. 201.1 УК РФ). В частности, как злоупотребление полномочиями должны квалифицироваться действия управленца, который, например, принимает на работу лиц, фактически трудовые обязанности не исполняющих, освобождает работников организации от исполнения трудовых обязанностей с направлением для ремонта квартиры, обустройства домовладения, принадлежащего самому управленцу либо его родственникам и знакомым, если это повлекло общественно опасные последствия, предусмотренные ст. 201 УК РФ. Разъясняется, что при разрешении вопроса о наличии последствий злоупотребления полномочиями в виде существенного вреда применительно к ст. 201 УК РФ необходимо учитывать, в частности, число потерпевших граждан, тяжесть причиненного им физического, морального или имущественного вреда, степень отрицательного влияния противоправного деяния на нормальную работу организации, характер и размер понесенного ею материального ущерба.

Признавая вред, причиненный правам и законным интересам граждан или организаций в результате злоупотребления полномочиями частными нотариусами или аудиторами (ст. 202 УК РФ), существенным, суд должен исходить из значимости нарушенного права и законного интереса для конкретного потерпевшего, размера причиненного ему имущественного вреда (например, прекращение прав на имущество в результате удостоверения сделки, не соответствующей закону, а равно в отсутствие одной из сторон сделки или необходимых документов, утрата наследником права на наследство в результате выдачи нотариусом свидетельства о праве на наследство заведомо ненадлежащему лицу).

Под существенным нарушением прав граждан и организаций в результате совершения деяний, ответственность за которые предусмотрена ст. 203 УК РФ, понимается нарушение частным детективом или частным охранником прав физических и юридических лиц, гарантированных Конституцией РФ, общепризнанными принципами и нормами международного права, федеральными законами (например, права на уважение чести и достоинства личности, личной и семейной жизни граждан, права на неприкосновенность жилища и тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений и др.).

Внимание судов обращено на необходимость исполнять требования закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания лицам, совершившим преступления, предусмотренные главой 23 УК РФ. А также на то, чтобы при оценке степени общественной опасности содеянного учитывать содержание мотивов и целей, значимость обязанностей, которые были нарушены, продолжительность преступных действий (бездействия), характер и тяжесть причиненного вреда, количество потерпевших, наличие вреда охраняемым законом интересам государства, другие фактические обстоятельства и данные о личности виновного.

Также судам рекомендовано выявлять обстоятельства, способствовавшие совершению преступлений, а также другие нарушения закона, и в соответствии с ч. 4 ст. 29 УПК РФ частными определениями (постановлениями) обращать на них внимание соответствующих организаций и должностных лиц.

Статья 14.57. Нарушение требований законодательства о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности

1. Совершение кредитором или лицом, действующим от его имени и (или) в его интересах, действий, направленных на возврат просроченной задолженности и нарушающих законодательство Российской Федерации о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи, —

влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей; на должностных лиц — от двадцати тысяч до двухсот тысяч рублей или дисквалификацию на срок от шести месяцев до одного года; на юридических лиц — от пятидесяти тысяч до пятисот тысяч рублей.

2. Нарушение, предусмотренное частью 1 настоящей статьи, совершенное юридическим лицом, включенным в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, —

влечет наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати тысяч до двухсот тысяч рублей или дисквалификацию на срок от шести месяцев до одного года; на юридических лиц — от пятидесяти тысяч до пятисот тысяч рублей или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток.

3. Нарушение лицом, являющимся учредителем (участником), членом совета директоров (наблюдательного совета), членом коллегиального исполнительного органа, единоличным исполнительным органом юридического лица, включенного в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, требований и ограничений, установленных в отношении указанных лиц законодательством Российской Федерации о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности, —

влечет наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от пятидесяти тысяч до ста тысяч рублей или дисквалификацию на срок от шести месяцев до одного года.

4. Незаконное осуществление лицом, не включенным в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, действий, которые в соответствии с Федеральным законом «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» могут осуществляться только включенным в указанный реестр юридическим лицом, —

влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от пятидесяти тысяч до пятисот тысяч рублей; на должностных лиц — от ста тысяч до одного миллиона рублей или дисквалификацию на срок от шести месяцев до одного года; на юридических лиц — от двухсот тысяч до двух миллионов рублей.

Судебная практика по статье 14.57 КоАП

по заявлению Управления Федеральной службы судебных приставов по Челябинской области о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Сентинел Кредит Менеджмент» к административной ответственности по части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,
установил:
решением Арбитражного суда Челябинской области от 14.03.2018, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2018, общество привлечено к административной ответственности по части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 50 000 рублей.

Управление Федеральной службы судебных приставов по Новосибирской области (далее — управление, административный орган) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Финколлект» (далее — общество «Финколлект») к административной ответственности на основании части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ).

Управление Федеральной службы судебных приставов по Оренбургской области (далее — управление, административный орган) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Примоколлект» (далее — общество) к административной ответственности на основании части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ).

по заявлению Управления Федеральной службы судебных приставов по Кемеровской области о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Эверест» к административной ответственности на основании части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,
установил:
Управление Федеральной службы судебных приставов по Кемеровской области (далее — управление, административный орган) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Эверест» (далее — общество) к административной ответственности на основании части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ).

по заявлению Управления Федеральной службы судебных приставов по городу Москве о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Примоколлект» к административной ответственности на основании части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,
установил:
решением Арбитражного суда города Москвы от 17.04.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2018, общество привлечено к административной ответственности на основании части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 50 000 рублей.

Управление Федеральной службы судебных приставов по Москве (далее — управление, административный орган) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Примоколлект» (далее — общество) к административной ответственности на основании части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ). Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.04.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2018 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 08.10.2018, заявление административного органа удовлетворено, обществу назначено административное наказание в виде 50 000 рублей штрафа.

Управление Федеральной службы судебных приставов по Забайкальскому краю (далее — управление, административный орган) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении непубличного акционерного общества «Первое коллекторское бюро» (далее — общество) к административной ответственности на основании части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ).

Управление Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области (далее — управление, административный орган) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Траст» (далее — общество) к административной ответственности на основании части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ).

Управление Федеральной службы судебных приставов по Алтайскому краю (далее — управление, административный орган) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении непубличного акционерного общества «Первое коллекторское бюро» (далее — общество) к административной ответственности на основании части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ).

Управление Федеральной службы судебных приставов по Кемеровской области (далее — управление, административный орган) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Филберт» (далее — общество) к административной ответственности на основании части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ).

Управление Федеральной службы судебных приставов по Ростовской области (далее — управление, административный орган) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении общества с ограниченной ответственностью «М.Б.А. Финансы» (далее — общество) к административной ответственности на основании части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ).

Генеральная прокуратура
Российской Федерации

Генеральный прокурор

Заместители Генерального прокурора

Структура

• Генеральная прокуратура
• Прокуратуры субъектов

• Главная военная прокуратура
• gvp.gov.ru

О Генпрокуратуре России

• История органов прокуратуры
• Виртуальный музей

Документы

• Правовые основы деятельности
• Нормативные акты
• Постановления Европейского Суда по правам человека

• Судебная практика
• Конституционный Суд
• Верховный Суд

• Научно-методические материалы
• По вопросам надзора за исполнением федерального законодательства
• По иным вопросам надзорной деятельности

• Статистические данные
• Об использовании выделяемых бюджетных средств
• О деятельности органов прокуратуры

Международное сотрудничество

• Новости
• Основные документы

Взаимодействие со СМИ

• Новости Генеральной прокуратуры России
• Новости прокуратур субъектов федерации
• События Генеральной прокуратуры

• Мероприятия и встречи
• Интервью и выступления

• Печатные издания
• Видео
• К сведению СМИ
• Инфографика

• Конкурс
• Участие в конкурсе
• Этапы конкурса
• Итоги конкурса
• Аккредитация СМИ

Правовое просвещение

Контакты

• Порядок обращения граждан
• График приема

• Уведомления об экстремизме
• Статусы уведомлений

Генеральная прокуратура
Российской Федерации

Генеральная прокуратура
Российской Федерации

• Рус
• Eng

Телефон справочной по обращениям
в Генеральную прокуратуру
Российской Федерации:

• Руководство
  • Генеральный прокурор
  • Краснов Игорь Викторович
  • Заместители Генерального прокурора
  • Буксман Александр Эмануилович
  • Винниченко Николай Александрович
  • Демешин Дмитрий Викторович
  • Зайцев Сергей Петрович
  • Захаров Алексей Юрьевич
  • Кикоть Андрей Владимирович
  • Лопатин Геннадий Борисович
  • Петров Валерий Георгиевич
  • Пономарев Юрий Александрович
  • Разинкин Анатолий Вячеславович
  • Ткачев Игорь Викторович
  • Шишкин Николай Анатольевич
• Структура
  • Генеральная прокуратура
  • Прокуратуры субъектов
  • Специализированные прокуратуры
  • Главная военная прокуратура
  • gvp.gov.ru
  • Научные и образовательные организации
• О Генпрокуратуре России
  • История органов прокуратуры
  • Виртуальный музей
  • Геральдика
  • История в лицах
  • Исторические фильмы
• Документы
  • Правовые основы деятельности
  • Нормативные акты
  • Постановления Европейского Суда по правам человека
  • Судебная практика
  • Конституционный Суд
  • Верховный Суд
  • Научно-методические материалы
  • По вопросам надзора за исполнением федерального законодательства
  • По иным вопросам надзорной деятельности
  • Статистические данные
  • Об использовании выделяемых бюджетных средств
  • О деятельности органов прокуратуры
• Международное сотрудничество
  • Новости
  • Основные документы
  • Главное управление международно-правового сотрудничества
  • Региональное представительство
    Международной ассоциации прокуроров в России
• Взаимодействие со СМИ
  • Новости Генеральной прокуратуры России
  • Новости прокуратур субъектов федерации
  • События Генеральной прокуратуры
  • Мероприятия и встречи
  • Интервью и выступления
  • Печатные издания
  • Видео
  • К сведению СМИ
  • Инфографика
  • Конкурс
  • Участие в конкурсе
  • Этапы конкурса
  • Итоги конкурса
  • Аккредитация СМИ
• Правовое просвещение
  • Информационные материалы
  • Социальные ролики
  • Наглядные материалы
  • Прокурор разъясняет
• Контакты
  • Порядок обращения граждан
  • График приема
  • Интернет приемная
  • Уведомления об экстремизме
  • Статусы уведомлений
  • Прямая линия для предпринимателей

Прокурор разъясняет вопросы оспаривания нормативных правовых актов, затрагивающих права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности

Прокуратура республики (Республика Ингушетия). 11 декабря 2014

Акты органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, осуществляющих публичные полномочия, об утверждении (принятии) генеральных планов поселений, городских округов, схем территориального планирования муниципальных районов, субъектов Российской Федерации, Российской Федерации носят нормативный характер, поскольку затрагивают права неопределенного круга лиц и рассчитаны на неоднократное применение.

Акты органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, осуществляющих публичные полномочия, об утверждении проектов планировки и проектов межевания территории, об установлении границ зон с особыми условиями использования территории (охранных, защитных зон), о резервировании земель для государственных и муниципальных нужд не содержат норм права и не устанавливают правил поведения, а представляют собой акты применения к земельным участкам (землям) в границах определяемой соответствующим актом территории специального правового режима, предусмотренного законом или иным нормативным правовым актом. По своей юридической природе такие акты не являются нормативными правовыми актами и могут быть оспорены по правилам главы 24 АПК РФ.

Решения уполномоченного органа государственной власти в области государственного регулирования тарифов, иного органа, осуществляющего публичные полномочия, об утверждении индивидуальных тарифов для конкретных субъектов или касающиеся конкретных объектов, а также содержащие иные конкретные параметры, не являются нормативными правовыми актами. Однако арбитражный суд может признать такие решения нормативными правовыми актами, если установит, что они распространяются на неопределенный круг лиц.

В силу статьи 29 и части 4 статьи 191 АПК РФ дела об оспаривании нормативных правовых актов, затрагивающих права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, рассматриваются арбитражным судом, если их рассмотрение в соответствии с федеральным законом отнесено к компетенции арбитражного суда.

Заявление о признании нормативного правового акта недействующим может быть подано в арбитражный суд, если федеральным законом прямо предусмотрено обжалование нормативного правового акта в арбитражный суд, а также если в федеральном законе содержится указание на рассмотрение в арбитражном суде споров в определенной сфере правового регулирования, так как это означает в том числе и возможность обжалования в арбитражный суд нормативных правовых актов в этой сфере (например, пункт 10 статьи 23.1 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ «Об электроэнергетике»).

Если федеральным законом установлено, что нормативный правовой акт может быть обжалован в суд или арбитражный суд, дело об оспаривании такого акта, если им затрагиваются права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, рассматривается арбитражным судом (статьи 29, 191АПК РФ).

Если федеральным законом предусмотрено обжалование нормативных правовых актов в судебном порядке, заявления о признании недействующими таких нормативных правовых актов не подлежат рассмотрению в арбитражном суде.

Если в федеральном законе прямо указано на возможность обжалования в арбитражный суд нормативного правового акта любым лицом, в том числе и гражданином, не имеющим статуса индивидуального предпринимателя, дело об оспаривании такого акта также подлежит рассмотрению в арбитражном суде независимо от статуса заявителя (например, пункт 2 статьи 43.4 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 N 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации»).

В соответствии со статьей 78 Федерального закона от 06.10.2003 N 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» решения, принятые путем прямого волеизъявления граждан, решения и действия (бездействие) органов местного самоуправления и должностных лиц местного самоуправления могут быть обжалованы в суд или арбитражный суд в установленном законом порядке.

На основании указанного положения арбитражный суд рассматривает заявления о признании недействующими правовых актов, принятых органами местного самоуправления, в том числе и нормативных правовых актов, если такое заявление подано организацией или гражданином, которые полагают, что оспариваемый нормативный правовой акт нарушает их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражный суд разрешает вопрос о подведомственности арбитражному суду заявления о признании нормативного правового акта недействующим исходя из содержание оспариваемого акта, характера спорного правоотношения, а также с учетом того, затрагивает ли оспариваемый акт права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В заявлении о признании нормативного правового акта недействующим должно быть указано на то, какие права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности нарушаются оспариваемым актом или его отдельными положениями, в чем заключается нарушение или угроза нарушения прав и законных интересов заявителя, либо какие обязанности, по его мнению, на него незаконно возлагаются оспариваемым актом, либо в чем состоят иные препятствия для осуществления заявителем предпринимательской и иной экономической деятельности.

В заявлении о признании нормативного правового акта недействующим должно быть указано название нормативного правового акта, который имеет большую юридическую силу и на соответствие которому надлежит проверить оспариваемый акт или его отдельные положения.

Прокурор, а также государственные органы, органы местного самоуправления и иные органы могут обратиться с заявлением о признании нормативного правового акта недействующим исходя из положений статей 52 и 53 АПК РФ в их взаимосвязи с положениями части 2 статьи 192 Кодекса.

При обращении прокурора или соответствующего органа в арбитражный суд в заявлении о признании нормативного правового акта недействующим должно быть указано, в частности, на то, в чем заключается нарушение (угроза нарушения) оспариваемым актом или его отдельными положениями публичных интересов или прав и (или) законных интересов граждан, организаций, иных лиц в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Отсутствие такого указания в заявлении, нарушение иных требований, предъявляемых АПК РФ к заявлению о признании нормативного правового акта недействующим, является основанием для оставления заявления без движения. Неустранение заявителем обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения, влечет в силу пункта 4 части 1 статьи 129 АПК РФ возвращение заявления.

С учетом особенностей предмета требований по делам об оспаривании нормативных правовых актов, а также исходя из части 3 статьи 193 АПК РФ, предусматривающей, что подача заявления о признании нормативного правового акта недействующим в арбитражный суд не приостанавливает действие оспариваемого акта, суд не вправе применить такую обеспечительную меру, как приостановление действия оспариваемого акта.